Майкл Джексон, доброта и мороженое

Майкл был одной из первых (и, может быть, последних) звезд, чья слава достигла всех уголков земного шара. Поклонники по всему миру мечтали его увидеть, а молодые музыканты вдохновлялись его творчеством и почитали за честь встречу с ним. Так, бразильский гитарист Рони Гайя вспоминает свои впечатления от случайного знакомства с Майклом.

Майкл Джексон, доброта и мороженое
Перевод с португальского: pollys2, перевод с английского: morinen
История опубликована на сайте Рони Гайя, впервые 26 июня 2009 г.

Рони Гайя
Рони Гайя

Я был студентом музыкального отделения в Лос-Анджелесе, и то была моя первая неделя в Америке. История, предваряющая данное событие, очень проста, хотя и пронизана волшебством.

Это были мои первые дни в Музыкальном Институте Лос-Анджелеса, где я учился с 1993 до середины 1994 года. Я тогда только что снял себе жилье – гараж дома в районе Хайлэнд Парк в 15 минутах от центра Голливуда. Тихое пристанище, в котором я прожил 16 месяцев моей учебы в США и с добрым хозяином которого поддерживаю дружбу по сей день.

В первую неделю занятий я взял несколько уроков у Дженнифер Баттен, тогдашней гитаристки Майкла, потрясшей мир своими виртуозными соло и неуемной энергией.

В мой первый субботний день в США, сразу после начала учебы в колледже, Хорхе Бриоззо, хозяин дома, пригласил меня съездить вместе на пляж Санта-Моника, так как у меня самого машины не было.

Я был в восторге.

Было жарко, но не слишком – совсем не похоже на обычный ад бразильского побережья. После прогулки по пляжу, около четырех часов вечера мы направились к машине на парковке, собираясь возвращаться домой. Тут я услышал гудок, и Хорхе, подхватив меня под руку, сказал тихо, едва шевеля губами:

— Этот парень в зеленом Чероки, который машет и гудит нам, — мой друг Адриан. Если он позовет нас обедать, отвечай отказом. В последний раз он водил меня в очень дорогой ресторан в Малибу, и мне пришлось четыре месяца копить деньги на оплату счета!

Я посмеялся этой истории, и мы подошли к Адриану. Улыбаясь нам через открытое окно, он энергично и дружелюбно поприветствовал нас, спросил, как меня зовут, и после краткого знакомства бесцеремонно предложил:
— Поехали обедать?

Хорхе отказался немедленно. Адриан начал настаивать. Хорхе сказал, что стоянка нам дорого обойдется, что уже поздно и мы только что перекусили.
— Ну и что? – уговаривал Адриан.

Отличаясь свойственной бразильцам откровенностью, я прервал этот нелепый разговор и прямо сказал:
— Знаешь, что, Адриан… у нас денег нет. Так что это должно быть дешевое место, или счет оплачиваешь ты (читатель может быть уверен, что он мог себе это позволить).

Улыбка сошла с лица Адриана. Он опустил взгляд, будто прикидывая в уме цифры, и ответил:
— Хорошо. Но поторопитесь, пока я не передумал! – И засмеялся собственным словам.

Мы отправились в первый же ресторан – он оказался закрыт.
— Я знаю хорошее место, которое открыто, — пообещал Адриан.

И минуту спустя, когда мы все еще ехали по Санта-Монике, со своего заднего сиденья автомобиля я увидел то, что согласно теории вероятностей практически невозможно было увидеть: в отражении оконной витрины французской кофейни через дорогу я заметил открывающуюся дверь белого лимузина марки GMC и выходящего из машины Майкла Джексона. Не знаю, понятно ли я выразился, — на всякий случай поясню: окажись мы в этом месте на одну-две секунды раньше или, наоборот, позже, или даже сиди я на переднем сидении под другим углом зрения, я не увидел бы эту витрину и Майкла Джексона, открывшего дверь лимузина. Это было прелюбопытнейшее совпадение.

И потому мне было совершенно ясно, что нужно делать дальше. Со всей безапелляционностью едва знакомого человека я велел водителю:
— Адриан, останови машину! Майкл Джексон вошел в кофейню через дорогу.
— Кто?
— Майкл Джексон.
— Откуда ты знаешь?
— Я его видел.
— А если это двойник?
— В лимузине за полмиллиона баксов?

Адриан – у которого с математикой было все в порядке – потерял дар речи, но машину не остановил.

— Адриан, останови машину, пожалуйста! — потребовал я с нарастающим волнением.
— Даже если это он, что ты собираешься делать?

Мы обменялись взглядами через зеркало заднего вида, и он понял, что я так просто не сдамся. Мы остановились, и я бросился в кофейню. Перед тем, как войти, я заглянул внутрь лимузина и увидел там троих охранников, играющих в карты.

В кофейне было пусто – только одна пожилая пара пила кофе с мороженым. Я обратился к единственному официанту, вытиравшему стаканы:
— Где Майкл?
— Какой Майкл?

Я немедленно расшифровал его ответ: невероятно, но Майкл остановился, чтобы заскочить в уборную, и никто не видел, как он вошел! Я обыскал уборную – пусто… Она была необъятных размеров.

А потом я увидел открывающуюся дверь по другую сторону от стойки и Майкла, собиравшегося выйти на улицу. Я бросился туда и догнал его. В зеркальных очках Ray Ban, черных брюках и черной рубашке (никакого знаменитого кителя с золотом – вполне повседневный стиль), он повернулся ко мне и поздоровался. Он стоял передо мной очень спокойно – руки в карманах — и как будто ждал продолжения беседы (я-то воображал, что он поздоровается и немедленно сбежит).

Пораженный этим внезапным интересом с его стороны, я произнес:
— А знаешь, я беру уроки гитары у Дженнифер…
— Правда?

И вот, ни с того ни с сего я уже стою в пыльных от песка ботинках и болтаю с Майклом Джексоном о музыке. Мы поговорили о гитарах, о том, что ему нравился стиль Дженнифер, о его группе, о музыке. Потом он спросил, откуда я, и я ответил, что из Бразилии.
— Серьезно? – сказал он и оживленно добавил: — Приятель, я обожаю Бразилию…

Я просил его, почему он никогда еще не давал там концертов (это был февраль 1993 года… Конечно, мне нравится думать, что единственный концерт, который он дал там десять месяцев спустя, состоялся благодаря нашему разговору). Он спросил, правда ли я считаю, что люди придут на его шоу (LOL).
— Ты шутишь? У тебя там, наверное, больше поклонников, чем тут!

Он усмехнулся. Потом начал медленно продвигаться к двери. Я подумал: «Ну вот, все и кончилось…» и спросил:
— Тебе пора ехать, да?
— Нет… Я хочу мороженое, — ответил он. – Хочешь тоже?
(вот это дааааааа…)
— Хочу. (Господи, пишу об этом, и самому не верится).

Но снаружи нас настигла другая реальность: там его ждали подростки, которые почему-то не осмеливались войти внутрь… не знаю, почему. В тот момент я понял, что наша приватная встреча окончена. И недолго думая, я выпалил:
— Майкл, я хочу сыграть с тобой. Возможность аккомпанировать тебе на гитаре стала бы для меня вдохновением на всю жизнь!

Майкл остановился и обернулся ко мне. Кротко улыбнувшись, он одарил меня самым уверенным жестом одобрения, какое я получал от другого артиста за 20 лет своей последующей карьеры. Он кивнул, и взгляд его говорил: «Молодец, парень. Вот это настрой!» И он коротко ответил:
— Хорошо, давай визитку.
— У меня еще нет визиток. Я только неделю назад приехал из Бразилии.

Взгляд Майкла упал на декоративную вазу на столе – он вынул из-под нее листок бумаги:
— Вот. Напиши свой номер здесь.

Прислонив бумагу к его плечу, я написал на ней свой номер телефона (вернее номер Хорхе Бриоззо).

Майкл вышел. Подростки атаковали его.

Я отошел в сторону и сел, потрясенный. Я смотрел через окно, как он взял себе мороженое, но толпа все увеличивалась, и он побежал к лимузину с мороженым в руке. Перед тем, как сесть в машину, он остановился и заглянул сквозь витрину в кафе, будто ища меня взглядом. «Этого не может быть», — подумалось мне. Но так все и было. Он подошел вплотную к двери и увидел меня, сидящего внутри. Тогда он вынул бумагу с моим номером телефона из кармана и потряс ею в воздухе, как бы говоря: «Ну ты храбр, браток…»

Я месяц провел не отлипая от телефона. Я купил новые кассеты для автоответчика. Но он так и не позвонил… хнык.

Хорхе на все это выдал один-единственный комментарий: «Не могу поверить! У Майкла Джексона есть мой номер телефона!» lol

Майкл держался со мной очень просто и спокойно и был самой скромной поп-звездой, которою я когда-либо встречал и с которой общался. Он отнесся ко мне как к равному, несмотря на свое очевидное превосходство.

Два месяца спустя я как-то вышел из колледжа пообедать. Я шел по Лос-Анджелесу задворками (такими, какие обычно показывают в кино). И внезапно в пустынной аллее я вижу белый лимузин марки GMC, медленно пробирающийся по направлению ко мне по узкой улочке – по пешеходной, между прочим… Да не может этого быть!

Но судьба не шутила. Это была машина Майкла, сопровождаемая четырьмя полицейскими. Мне пришлось остановиться. Я даже не мог постоять у окна – настолько там был узкий проезд. Лимузин остановился. Дверь открылась. Майкл вышел. Там не было никого, кроме меня.

Я подошел к полицейскому, но тот жестом показал мне: «Назад». Майкл заметил напряженную ситуацию и посмотрел на меня. Остановился и улыбнулся так, будто узнал меня, но не мог припомнить, откуда. Он замялся, потом направился ко мне, но полицейский задержал его ладонью за плечо.

Майкл постучал пальцем по запястью, как бы указывая на часы и говоря: «Ой… я опаздываю… А то бы остановился поговорить». Я улыбнулся ему. Он помахал мне рукой. Я выбежал на улицу. Там была церемония открытия его восковой фигуры в музее на Голливудском бульваре.

Уже здесь, в Бразилии, пять лет назад, за бокалом вина с Пауло Рикардо из группы RPM в ночном клубе, где мы выступали, Луис Карлини рассказал мне, как Майкл подарил ему гитарную педаль во время встречи с Jackson 5 за кулисами после концерта в Сан-Паоло.

Король Доброты.
Король Танца.
Король Мелодии.
Король Голоса.
Король Поп-музыки.

Такого, как он, больше не будет.

Вечной любви тебе, братишка, сам того не зная научивший нас мечтать.

Одна мысль о “Майкл Джексон, доброта и мороженое

Оставьте комментарий